?

Log in

a lark on the wing
 
[Most Recent Entries] [Calendar View] [Friends]

Below are the 20 most recent journal entries recorded in артём's LiveJournal:

[ << Previous 20 ]
Monday, December 21st, 2009
10:53 am
Мне приснился сон, запомнил только конец. Что я в номере гостиницы, где-то там, где были разные приключения. Приключения уже закончились, я уже собрал вещи, выглядываю из окна и вижу там всех наших друзей, которые сидят на корточках на троттуаре, в ожидании автобуса, наверное. Все с очень кислым выражением лица. Чего-то я пугаюсь, что они меня увидят, сразу убегаю с балкона в номер. Тут в номер заходит какой-то типа официант, предлагает мне оценить стоимость моего имущества, типа чтобы гостиница мне возмещала, если что-то украдут. Дальше там называют цифру, что-то 2 тысячи долларов с чем-то, потом я вспоминаю, что мой компьютер стоит, наверное, очень дорого, и мы начинаем выдумывать цифру. Тут я понимаю, что раз кончаются люди и начинается муторное ожидание и подсчет всяких цифр, пора просыпаться.
Wednesday, October 21st, 2009
12:43 am
Изучаю узбекский словарь. К каждому второму слову там дается пословица. Вчера была такая:

"Если твой друг - погонщик слонов, сделай свои ворота широкими".
Friday, March 6th, 2009
1:11 pm
Друзья, в связи с моим отъездом в Узбекистан:

срочно сдается однокомнатная квартира на полтора месяца (12 марта - 22 апреля). Район Северное Чертаново (ЮАО), от метро Чертановская 15 мин пешком, 7 мин на транспорте (2 автобуса и маршрутки). Жилая площадь - 40 кв. м. Удобная планировка, хорошее состояние, есть необходимая техника (телевизор, стир.машина, компьютер, Интернет), мебель. Цена - 32 тыс. р.

перепостите, пожалуйста!
Sunday, December 28th, 2008
5:44 pm
!

Мои хорошие друзья срочно сдают квартиру:

Р-н м. Текстильщики. Жилая площадь - 37 м2, комнаты изолированные. Удобная планировка, хорошее состояние, есть необходимая техника, мебель. Потолки 3,1 м. Телефон, проводной интернет. Цена аренды 30 тысяч рублей, без залога и комиссий.  Контакт: +7 926 776 1360, Ярик.

комменты скринятся

Wednesday, December 3rd, 2008
8:20 am
не могу не поделиться
Из туземцев я помню генерала Лазарева, которому в последнюю войну мы обязаны взятием Карса. Мой брат рассказывал мне, что когда он состоял ординарцем при великом князе Михаиле Николаевиче, или при командующем отдельным Кавказским корпусом Лорис-Меликове (точно не помню), он присутствовал перед взятием Карса на одном заседании военного совета, на котором высказывались различные мнения и суждения относительно штурма этой крепости. На этом совете, по обыкновению, особенно много говорили офицеры генерального штаба (как известно этой слабостью отличаются наши офицеры генерального штаба). Наконец, дошла очередь и до Лазарева. Председательствовавший, обратившись к нему, спросил Лазарева: как же он, которому поручено командовать штурмом, выслушав все эти мнения, будет распоряжаться войсками, каким образом он думает совершить этот подвиг?
Тогда Лазарев попросил, чтобы ему показали карту, которая все время лежала на столе и по которой генералы делали свои указания, высказывая свои суждения о том, каким образом, по их мнению, нужно совершать штурм Карса. Когда Лазареву показали карту, он спросил: «гдэ мы?» Ему показали место, где они находились; он спросил; «а гдэ Карс?» Ему показали Карс. Тогда он сказал: «я пойду оттуда, гдэ мы, туда, гдэ Карс, и возму Карс». Все его объяснение заключалось в этом.
Через несколько дней действительно он так и сделал. Приказал брать Карс, сам был во главе войск, пошел и взял Карс, но при взятии Карса потерял довольно много людей.

Из воспоминаний С. Ю. Витте

Thursday, March 13th, 2008
5:39 pm
* * *

Благодарение за тихие часы,
за нашей пищи преосуществленье.
Сей миской облекается непрочной
состав заоблачный или кисель молочный.
О жизнь богатая: есть даже молоко.
На цыпочках стоит недалеко
видение двусмысленных полей -
творимый, но не нами, клей,
скрепляющий взаимно лоскутки.
Друг другу мы становимся легки,
уже не мы, а близнецы иные.
Элизиум сочится, дождик лунный,
на лицах блещут капли неземные,
рабочий пот, иль слезы, или слюни -
не разобрать загробнейший удой,
но он становится насущнейшей едой,
и млеком ангельским, и молоком коровьим,
и дружественным сном, и неземным здоровьем.

Андрей Николев
Wednesday, March 12th, 2008
5:45 pm
Friday, March 7th, 2008
6:33 pm
Sunday, February 24th, 2008
5:51 pm
вечер
В тот самый час, когда томят печали
Отплывших вдаль и нежит мысль о том,
Как милые их утром провожали,

А новый странник на пути своем
Пронзен любовью, дальний звон внимая,
Подобный плачу над умершим днем,-

Я начал, слух невольно отрешая,
Следить, как средь теней встает одна,
К вниманью мановеньем приглашая.

Сложив и вскинув кисти рук, она
Стремила взор к востоку и, казалось,
Шептала Богу: "Я одним полна".

"Те lucis ante",-с уст ее раздалось
Так набожно, и так был нежен звук,
Что о себе самом позабывалось.

И, набожно и нежно, весь их круг
С ней до конца исполнил песнопенье,
Взор воздымая до верховных дуг.

Здесь в истину вонзи, читатель, зренье;
Покровы так прозрачны, что сквозь них
Уже совсем легко проникновенье.

Я видел: сонм властителей земных,
С покорно вознесенными очами,
Как в ожиданье, побледнев, затих.

И видел я: два ангела, над нами
Спускаясь вниз, держали два клинка,
Пылающих, с неострыми концами.

И, зеленее свежего листка,
Одежда их, в ветру зеленых крылий,
Вилась вослед, волниста и легка.

Один слетел чуть выше, чем мы были,
Другой - на обращенный к нам откос,
И так они сидевших окаймили.

Я различал их русый цвет волос,
Но взгляд темнел, на лицах их почия,
И яркости чрезмерной я не снес.
Monday, January 28th, 2008
5:58 pm
сон
Смотрю «Терминатора 2»: немного другие декорации (ночь, причем южная; мачеха Коннора владеет вегетарианской столовой), но сюжет узнаваем: вот первое столкновение двух терминаторов, вот мотоцикл и грузовик, вот второй терминатор, убивший мачеху, говорит ее голосом с Коннором. И тут я спрашиваю (эмпатией): второй терминатор – это просто машина для убийства, цельная/пустая внутри? Нет, его внутреннее чувство: постоянное отвращение к собственной функциональной протеистичности, необходимости принимать любые формы. Поэтому (а не из тактических соображений) он выбрал себе обличье полицейского в форме – это хоть как-то держит. А Skynet, каков он изнутри? Он, например, созерцает все земные пейзажи (смену времен года и суток) в трех измерениях: как мы + в подобие вечности (все помнит и видит одновременно во всех точках земного шара – это же компьютер) + все их образы и смыслы во всех текстах. Но он не может увидеть, т.е. прочувствовать их изнутри разных людей, чем очень тяготится. А правда ли он стремится уничтожить всех людей, всё сопротивление? Нет – кому же интересно играть в шахматы с самим собой? Более того, когда путешествия во времени будут не столь затратными, он вывезет из прошлого колонию греков, чтобы поселить вот на этом склоне холма с овцами, и т.п. – и будет рост и война цивилизаций. Пока же, например, Skynet перебрасывает из 19 в. немецкого гелертера и назначает его консулом в обезлюдевшей Лидии (я в него превращаюсь). Мне надо подобрать персонал посольства, я смотрю резюме типа «шахиншахствующий истиннейший шахиншах шахиншахств» – эти пост-апокалиптические люди какие-то совсем фрики. В итоге я выбираю 2 наиболее серьезно и скромно звучащих резюме, но оказывается, что один из них – трансвестит, ну это ладно, еще ходит по посольству в одной майке, но это ничего, и разбивает стакан! Тут я резко даю ему совок и веник и приказываю собрать осколки, думая, что хорошо, что хоть второй не устроил пожар. Но тут сверху потянуло жаром…

Тут позвонили в дверь и я проснулся.
4:13 pm
Михаил Щербаков

"1992"

http://mlmusic.38th.ru/snd_/ms03cd/ms03cd10.mp3
Wednesday, January 16th, 2008
6:51 pm
Я не помнил ни бед, ни обид,
жил как жил - и во зло, и во благо.
Почему же так душу знобит,
как скулит в непогоду дворняга?

Почему на окраине дней
самых ясных и самых свободных
так знобит меня отблеск огней
и гуденье винтов пароходных?

Верно, в пору стоячей воды
равновесия нет и в помине,
и предчувствие близкой беды
открывается в русской равнине.

И присутствие снега и льда
ощущается в зябком дыханье,
и такая вокруг пустота,
что хоть криком кричи в мирозданье!

Никого... Я один на один
с прозябаньем в осенней природе,
в частоколе берез и осин,
словно пугало на огороде.

Мы срослись.
Как река к берегам
примерзает гусиною кожей,
так земля примерзает к ногам
и душа - к пустырям бездорожий.

Видит Бог, наше дело труба!
Так уймись и не требуй огласки.
Пусть как есть торжествует судьба
на исходе недоброй развязки.

И, пытая вечернюю тьму,
я по долгим гудкам парохода,
по сиротскому эху пойму,
что нам стоит тоска и свобода.


Олег Чухонцев
1965
Monday, January 7th, 2008
4:34 pm
Стамбул (квартет Джихата Ашкына играет музыку османских композиторов XIX в.)
Знаете, как бывает – город медленно растет, и вдруг понимаешь, что он уже не пирог со свечками, не панорама, не цветок на склоне холма. Уже не ухватить строй целого; но ты вброшен в его атмосферу, на перекресток потоков и испарений, под огромным сумрачным небом. Как ослепший зверь, мечешься по запаху, сквозь лабиринты: уже – шире, скручивается – распрямляется, тесно, еще теснее... но внезапно тебя выбрасывает – лицом к бездонной стене моря.

2:42 am
С Рождеством Христовым!..
Friday, December 21st, 2007
5:02 pm
френдам-лингвистам (и интересующимся)
Не посоветуете, куда можно отдать кое-какие материалы по психо- исоциолингвистике?
Read more...Collapse )
Sunday, December 2nd, 2007
9:16 pm
from "September 1, 1939" by W. H. Auden
I sit in one of the dives
On Fifty-second Street
Uncertain and afraid
As the clever hopes expire
Of a low dishonest decade:
Waves of anger and fear
Circulate over the bright
And darkened lands of the earth,
Obsessing our private lives;
The unmentionable odour of death
Offends the September night.

...

Faces along the bar
Cling to their average day:
The lights must never go out,
The music must always play,
All the conventions conspire
To make this fort assume
The furniture of home;
Lest we should see where we are,
Lost in a haunted wood,
Children afraid of the night
Who have never been happy or good.

The windiest militant trash
Important Persons shout
Is not so crude as our wish:
What mad Nijinsky wrote
About Diaghilev
Is true of the normal heart;
For the error bred in the bone
Of each woman and each man
Craves what it cannot have,
Not universal love
But to be loved alone.

...

All I have is a voice
To undo the folded lie,
The romantic lie in the brain
Of the sensual man-in-the-street
And the lie of Authority
Whose buildings grope the sky:
There is no such thing as the State
And no one exists alone;
Hunger allows no choice
To the citizen or the police;
We must love one another or die.

Defenseless under the night
Our world in stupor lies;
Yet, dotted everywhere,
Ironic points of light
Flash out wherever the Just
Exchange their messages:
May I, composed like them
Of Eros and of dust,
Beleaguered by the same
Negation and despair,
Show an affirming flame.
Wednesday, November 28th, 2007
9:45 pm
Музыка - или предельно адекватна ощущению времени, или переламывает его. Сейчас первое.
Так я вижу эти прозрачные, пустые, сверкающие ночи:

boomp3.com
Thursday, November 22nd, 2007
12:10 pm
from "Spain" by W. H. Auden
..Tomorrow the rediscovery of romantic love;
The photography of ravens, all the fun under
    Liberty’s masterful shadow;
Tomorrow the hour of the pageant-master and the Musician

Tomorrow for the young the poets exploding like bombs,
The walks by the lake, the winter of perfect communion;
    Tomorrow the bicycle races
Through the suburbs on summer evenings; but today the struggle.

Today the inevitable increase in the chance of death;
The conscious acceptance of guilt in the face of murder;
    Today the expending of powers
On the flat ephemeral pamphlet and the boring meeting.
.....
The stars are dead; the animals will not look;
We are left alone with our day, and the time is short and
    History to the defeated
May say Alas but cannot help or pardon.
Wednesday, November 21st, 2007
4:07 pm
"Первый человек", автобиографический роман Альбера Камю
За прошедшее столетие сюда приехали несметные толпы людей, они пахали, прокладывали борозды, местами все более и более глубокие, а где-то постепенно исчезавшие под наносами, пока не изглаживались совсем, и тогда землю вновь захватывала дикая растительность, — эти люди оставляли потомство и исчезали. То же происходило и с их сыновьями. Их дети и внуки оказались в этой стране, как и он сам, без прошлого, без морали, без наставников, без религии, но счастливые оттого, что они такие, какие есть, и живут в этом царстве света, трепеща перед тьмой и смертью. Все эти поколения, все эти люди из разных краев, соединенные под великолепным африканским небом, в котором уже наметились сумерки, исчезли без следа, не открыв себя никому. Их окутало великое забвение, его источала сама эта земля, оно опускалось с небес вместе с темнотой над возвращавшимися в деревню тремя путниками, подавленными приближением ночи: грудь им теснила тревога, какую извечно вселяют в жителей Африки короткие сумерки, когда ночь стремительно опускается на море, на вздыбленные горы и высокие плато, — та же священная тревога, что некогда в Дельфах заставляла людей воздвигать храмы и алтари. Но в Африке уже давно нет храмов, есть лишь эта нестерпимая и сладостная тяжесть на сердце...

Самолет уже снижался, приближаясь к столице. Жак думал о маленьком кладбище в Сен-Бриё [Франция], где солдатские могилы сохранились лучше, чем в Мондови. Средиземное море было для меня границей между двумя мирами: в одном на строго отмеренных участках земли сохранялись имена и воспоминания, в другом — песчаный ветер заметал человеческие следы на огромных пространствах. Он пытался избежать безымянности, нищеты, упрямого невежества, не в силах был жить по законам этого слепого терпения, без слов, без планов на будущее, когда мысли не идут дальше сиюминутной нужды. Он колесил по свету, строил, создавал, дотла сжигал души, жизнь его была заполнена до предела. Но где-то в глубине своего существа он теперь знал, что Сен-Бриё и все, что он воплощает, – для него чужое и всегда было чужим, и он думал о только что виденных замшелых могилах, внутренне соглашаясь, не без какой-то странной радости, чтобы смерть вернула его на подлинную родину и покрыла великим забвением память о чудовищном и заурядном человеке, который вырос и созрел без всякой помощи и поддержки, в бедности, на счастливых берегах, в сиянии первых рассветов вселенной, чтобы затем в одиночку, без памяти и без веры, вступить в мир людей своего времени и в его ужасную и захватывающую историю.


Read more...Collapse )
Sunday, November 4th, 2007
9:26 pm
Они о нас
ох, не могу не поделиться.

Jakob Rigi, The War in Chechnya: The Chaotic Mode of Domination, Violence and Bare Life in the Post-Soviet Context // Critique of Anthropology. Vol 27(1), 2007. P. 37–62
http://www.mediafire.com/?4iq5aj5zkma

Сначала тяжелая теоретическая артиллерия: Грамши (кризис гегемонии в позднем СССР)-Шмитт (ЧП)-Агамбен (голая жизнь), Марксом и Пуланзасом по Делёзу и Хардту-Негри (государство и сети – вовсе не противостоящие друг другу принципы!), ну и пламенными Дебором, Харвеем и Кастельсом разоблачать капиталистический порядок.
В итоге вырисовывается грубая, но кое-где приемлемая (в качестве рабочей гипотезы) политэконом. схема: chaotic mode of domination, стирание различия между государством и не-государством в силовых сетях (от «Семьи» до полевых командиров, автору без разницы), которые «работают» на деньгах, насилии и договоренностях. Commodified coercion, все такое.

А потом вдруг оказывается, что это не просто схема – мы здесь все живем в бардаке, и ничего больше нет (жыр под катом). Ну всё, думаю, антисовеццкая чернуха. Плюс автор антропологически исследовал Алма-Ату середины 90-х и, кажется, до сих пор не может избавиться от шока. Но нет! После истории двух чеченских (на уровне хорошей фактографической журналистики, с соответствующими ссылками - но Дудаев и Ельцин с Путиным одинаково черной краской), с редкими вкраплениями этнографии в духе «знакомая бабка сказала…» - товарища наконец прорывает. Весь мир – тюрьма, хаос и бордель:

On the ethical level, any commitment to emancipation from repression and exploitation is mocked, nothing matters except cynical pleasure. On the intellectual level, the simulacrum has replaced the truth. These two taken together… constitute the logic of brothel. And what is contemporary capitalism, if not a global brothel? <…> Humanity needs to invent a new horizon of emancipation, which is not based on individualism and commodity fetishism. A horizon that replaces pornographic pleasure with the happiness of love, simulacrum with truth, and reinstates the value of revolution. And for all of these we need unwavering and burning commitments: commitment to a lover, to truth and to revolution (Badiou 2001).

Вот так, товарищи. Хочется сказать: "всегда готов!".

p.s. интервью с Дерлугяном весьма в кассу
http://www.expert.ru/printissues/expert/2007/40/obschestvennie_nauki/

Read more...Collapse )
[ << Previous 20 ]
About LiveJournal.com